От жвачки Love is до Эйфелевой башни: история любви паралимпийца из Кокшетау

Узнать, в какой из квартир на первом этаже живут Габбасовы, несложно: перед дверью стоит инвалидная коляска. Первое, что бросается в глаза, стоит лишь переступить порог, – идеальный, словно в музее, порядок. Безупречный уют. Супруга Шынар объясняет: вот уже много лет именно с этого для нее лично начинается порядок в их непростой жизни.

После выступления на Паралимпиаде в Казахстане Еркина встречали, как героя. 40-летний спортсмен стал вторым в пулевой стрельбе. Что чувствовал на пьедестале? И счастье, и легкую, неясную боль. Знакомую, наверно, всем, кто был в шаге от "золота". 

"Было немного не по себе. Мечтал поднять флаг своей страны. Но задачу я ставил войти в тройку победителей. Порадовать земляков, особенно родной маленький аул Караозек. И посвятить свою медаль памяти отца. Я это сделал, и это моя первая Паралимпиада. Так что был счастлив, но этот корейский флаг…", – шутя, с улыбкой делится спортсмен, вспоминая, как уступил первое место спортсмену из Южной Кореи.

Подарков Габбасов, как и другие чемпионы-паралимпийцы, удостоился немало. Двухкомнатная квартира, сертификат на 20 млн тенге, грант на обучение в вузе сына. Еще и ипотеку закрыли. Одним словом, на Родине встретили достойно. 

Вспоминает мужчина и тот роковой день, когда 18 лет назад работал на стройке в ночную смену, когда сорвался с 12 этажа.

"Залез на колонну, чтобы зацепить кран и отправить вниз. Сделал. Когда стал подниматься на вторую колонну, она оказалась открытой – может, дневная смена открыла. Падая, помню, как старался максимально собраться в полете, обхватил руками колени. Держался мыслью за смутную надежду: вдруг сон, ведь такое часто со мной бывало. Как приземлился, не помню. Придя в себя, понял, что про меня еще не знают. Терял сознание и возвращался. Звал охранников – прибежали, вызвали скорую", – вспоминает мужчина.

Шынар обращает внимание на некоторые неслучайные детали. Несчастье с Еркином произошло 24 апреля – аккурат в день ее рождения. У казахов есть сакральное понятие "мүшел жас", так вот, она выходила из рокового возрастного рубежа, а Еркин только в него вступил. В тот вечер муж хотел остаться дома, но она настояла не отпрашиваться. Накануне Еркин видел сон: их трехлетняя дочка идет по краю этой самой стройки. Он бежит навстречу, спасает малышку и падает сам.

"Известие о том, что Еркин откуда-то там сорвался и попал в больницу, меня почему-то не напугала особо. Думала: ну, упал, с кем не бывает. И только услышав слово "реанимация", пришла в ужас. Для меня оно казалось синонимом смерти. Но тогда я быстро взяла себя в руки. Мы недавно поженились, у нас маленькие дети – три и годик. Он не может умереть. А все другие варианты мне казались неприемлемыми. Преодолеем", – говорит Шынар.

Она дежурила у его постели, кормила с ложки, следила за настроением. Последнее удавалось хуже: муж отчаялся. Просил оставить его. Мол, ты еще молодая, зачем тебе такая обуза. 

"Не выжил бы. В первой палате нейрохирургии были самые тяжелые пациенты. На наших глазах, бывало, умирали. Я смотрел на жену, как на сверхчеловека. Я просто лежу и изо всех сил стараюсь не сойти с ума. А она меряет мне температуру, переворачивает с боку на бок, разбирается со всеми моими трубками и постоянно строит планы на будущее… Потом массажиста нашла. Он сказал, на ноги не поставлю, но на коляску посажу. Тогда это звучало, как фантастика, ведь я даже шею не мог повернуть. Ужасы со мной творились, конечно, но уже через полгода, как и обещал, цель была достигнута", – вспоминает Еркин.

Еркин в коляске вот уже 18 лет. Десять из них официально работает – принимает и регистрирует документы в ЦОНе. Восемь из них Шынар работает с ним рядом. Но первые попытки приносить хоть какую-то копейку в семью мужчина стал предпринимать уже спустя год после трагедии. Сначала делал на заказ на компьютере открытки и пригласительные, потом увлекся 3D-моделированием. Но доход был так себе, поэтому мужчина подал заявку на трудоустройство в Центре занятости. И вскоре получил предложение – кассиром в… общественный туалет.

"Это туалет в центральном парке. Первая мысль была – как так? Потом подумал о детях. Буду сидеть, копейки считать. А там татешка полы моет и по совместительству принимает плату за удобства. Как она раскричалась на нас! Хлеб, дескать, отбирать пришли. Мы выскочили оттуда, как кипятком ошпаренные. А потом встретили знакомую, которая до этого советовала попробовать обратиться в ЦОН: я хорошо разбирался в Egov. Она повторила свой совет: мол, не получится – пойдешь уже в свой туалет", – смеется герой.